70-летие КНР: как оценивают историю своей страны представители разных поколений китайцев

За 70 лет коммунистического правления 1,4 миллиарда китайцев прошли через огромные потрясения и кардинальные перемены. Некогда нищая и раздираемая войной страна превратилась во вторую по величине экономическую державу мира.

Китайская Народная Республика (КНР) отметит свое 70-летие 1 октября масштабным военным парадом и всенародным празднованием юбилея. История страны изобилует многомиллионными жертвами, понесенными в разные периоды. Но всегда ли они были оправданы? Joinfo.com публикует рассказы представителей трех поколений китайцев, на долю каждого из которых выпали совершенно разные эпохи.

Старшее поколение

Чен Тайцяну было 16 лет в 1949 году, когда коммунисты все еще вели гражданскую войну с националистическим Гоминьданом.

Он был простым крестьянином в провинции Хунань, когда Армия освобождения народа пришла сюда, преследуя отступавшие войска Гоминьдана. Во время решающего сражения он наблюдал его с гор, где укрылся от войны.

"Я видел, как Народно-освободительная армия пришла в наш родной город", - сказал он.

1 октября того же года КНР была официально провозглашена Мао Цзедуном.

– Когда в 1949 году был основан новый Китай, мы все были счастливы. Люди праздновали. У каждого дома был красный флаг и мы наклеивали на стены лозунги Председателя Мао и Маршала Чжу, – вспоминает Чен.

О записался в Народно-освободительную армию Китая (НОАК) и был направлен для участия в Корейской войне. Но участвовать в боевых действиях ему не пришлось, поскольку скоро было заключено перемирие. Тем не менее, каждый солдат НОАК, получил ветеранскую медаль, которую Чен сегодня охотно демонстрирует журналистам.

Сегодня он на пенсии, после десятилетий работы в отделах пропаганды для государственных предприятий.

Прямая речь: "В прошлом нас угнетал империализм. Восемь иностранных государств совместно вторглись в Китай. Мы были настолько слабы, что даже маленькая Япония вторглась к нам тоже. Но под руководством коммунистической партии китайцы поднялись на борьбу. Мы становимся богаче, а значит станем еще сильнее. Это и есть наша цель."

Член КПК, он все еще не хочет обвинять Мао в каких-либо катастрофах, которые стоили жизни десяткам миллионов китайцев.

О массовом голоде, который последовал за Великим скачком вперед в 1958 году, Чен говорит: "Я этого не видел. Я не видел, чтобы кто-то умирал от голода."

В 1966 году началась так называемая «культурная революция» – кровавое идеологическое безумие, которое также унесло жизни многих миллионов людей.

– На начальном этапе, когда Председатель Мао запустил культурную революцию, это было хорошо", – говорит Чен. – Но позже это уже вышло из-под его контроля."

На вопрос о том, как он воспринял известие о смерти Мао Цзедуна в 1976 году Чен отвечает: «Я плакал, я плакал, я плакал! Мне казалось, что небо упадет на землю."

Среднее поколение

Чжан Чжаохуи тоже помнит день смерти Мао Цзедуна:

«Когда умер Председатель Мао, мне было девять лет, я учился в четвертом классе. Все просто плакали навзрыд. Весь наш класс, вся школа».

Чжан родился и рос в семье военных, поэтому был защищен от худших проявлений культурной революции – хуньвенбинам было запрещено критиковать армию.

После смерти Мао Цзедуна по приходу его преемника Дэн Сяопина Китай ослабил запреты, как экономические так и идеологические. Многое из того, что было строжайше запрещено, стало возможным.

Чжан увлекался традиционным китайским искусством рисования чернилами, но ему всегда хотелось выйти за рамки традиций. Сегодня в своей студии в горах недалеко от Пекина он создает великолепные абстрактные картины, которые пользуются спросом как в Китае, так и за его пределами.

«Мое поколение, люди, родившиеся в 60-е и получившие образование в 70-80-е, это самое счастливое поколение китайцев, – говорит он. – Потому что мы выросли, избежав культурной революции, а затем смогли заниматься тем, чем по-настоящему увлекались. И когда в 90-е годы наступил экономический бум, мы были уже очень зрелые и знали, что делать и как это делать. У нас были мечты, и мы уже не боялись признаваться, что хотим разбогатеть".

Экономическая свобода породила надежды на ослабление идеологического пресса. В 1989 году демократические протесты по всей стране закончились массовым убийством десятков тысяч людей на площади Тяньаньмэнь – их расстреливали и давили танками.

"В это время все питали надежду, что Китай вот-вот изменится. Но власти вновь закрутили гайки, показав нам, что они не намерены менять коммунистическую идеологию, – говорит Чжан. – Это была историческая травма для моего поколения, но я уверен, что в итоге здравый смысл восторжествует".

Молодое поколение

Чжан Юлу - 22 года, она учится на кинематографическом факультете Пекинского университета и недавно подала заявку на членство в Коммунистической партии Китая.

«Я активный член партийного подразделения нашего университета, – рассказывает Чжан. – Мы организуем мероприятия в партийные дни, например, семинары по изучению трудов Си Цзиньпина". (Си Цзиньпин – действующий генеральный секретарь ЦК Коммунистической партии Китая, председатель Китайской Народной Республики, председатель Центрального военного совета КНР – примечание Редакции).

"Я не думаю, что мое поколение преследует только цели материального благополучия, не думая о семье или любви», – говорит она. - Да, сейчас гораздо более жесткая конкуренция, жизнь сопряжена со множеством стрессов. Но сегодня каждый может заниматься тем делом, что ему по душе. Я вполне счастлива и верю, что наше будущее будет очень светлым".

Вот таким видят КНР и ее историю представители трех поколений китайцев. Ни один из них не критикует свою страну, каждый гордится ее достижениями и надеется на то, что в дальнейшем их жизнь станет еще лучше.

Ранее мы писали о том, как китайцы "горят" на работе, в результате чего ученые обеспокоены психическим здоровьем граждан своей страны.


Ищите больше по теме: